Эпĕ туса пĕтереймен ĕçсене эсир туса пĕтерĕр (И.Я. Яковлев)
Чĕмпĕр Ен чăвашĕсен хаçачĕ
1989 çулхи раштавăн 30-мĕшĕнче тухма тытăннă
 
На Великую Отечественную войну из нашей семьи ушли трое: отец – Василий Степанович, старшая сестра – Александра Васильевна и старший брат – Дмитрий Васильевич.
С нами (еще три брата и сестра, старшему из братьев к началу войны было 13 лет) остались мать и дед Степан Семенович Семенов. Мать часто отправляли рыть окопы, так что оставался с нами один дед, которому в 1941 году шел уже 72 год. Когда все взрослые ушли на фронт, дед наш вернулся на работу в колхозную кузницу, встал, как говорится, снова в строй!
ОТЕЦ – Василий Степанович Кузнецов (Данилов) слышал плохо и, видимо, поэтому был призван в не строевые части. Я сейчас уже плохо представляю, именно где ему пришлись тяготы войны, но в начале 43-го года его комиссовали по болезни, а к концу того же года освободили от армии по брони. Он встал в кузнице за наковальню вместо деда.
Указом Президиума Верховного Совета СССР от 6.07.1945 г. отец награжден медалью «За доблестный труд в Великой Отечественной Войне 1941-1945 гг.».
СТАРШИЙ БРАТ – Дмитрий Васильевич Семенов ушел на войну в начале 1943 года, прибавив к своим еще один год. Да, он ушел на войну и погиб Семеновым. Вообще-то, если бы не фотография, сохранившаяся дома, в деревне, мне сложно было бы восстановить его образ. Помню только отдельные эпизоды жизни, которые зафиксированы в моей голове, где он присутствует.
Митя не вернулся с войны… Мы с женой моей Марией в 1975 юбилейном году (30-летия Победы) съездили под Харьков на его могилу, то есть на братскую могилу, где на мраморной плите выбиты его фамилия, имя, отчество. Это в селе Тимченки Змиевского района Харьковской области. Встречал нас председатель сельского совета Владимир Филиппович Макушинский. У него приветливая, гостеприимная семья, мы тогда с Марией у них заночевали.
Вечером пошел я вдоль улицы села в надежде, что кого-то из старшего поколения увижу и узнаю какие-либо подробности о тех боях, которые тут проходили, и как полегли эти 300 человек, чьи фамилии выбиты на братской могиле этого села. Да, действительно, сидел на завалинке один пожилой мужчина, поздоровавшись, я подсел к нему. Он мне рассказал, какие тут прошли бои... К концу Курской битвы, в том числе и Великое танковое сражение под Прохоровкой, немцев отбросили за Харьков. Изрядно потрепанные части вывели на пополнение, а на их место ввели в основном молодое пополнение, в числе которых был и мой брат Митя. Митя к этому времени месяцев 5-6 учился в пулеметной школе в г.Арзамасе Муромской области (теперь Нижегородская область).
Во второй половине августа 1943 г. немецкое командование предприняло контрудар, чтобы вернуть Харьков. Село Тимченки располагается в 5-6 км от железнодорожной станции, которая находится на южной ветке к Харькову со стороны Таганрога. Задачей вновь введенных подразделений, как мы теперь понимаем, было – отбить южную железнодорожную ветку от немцев и отрезать им подходы к Харькову с юга.
Мы с Марией привезли горсть земли с братской могилы брата. С тетей Аней (сестра отца – тогда еще была жива) рассыпали эту землю на могилах отца, матери, деда и бабушки в погосте, в своей родной деревне. По теперешним временам я бы, конечно, пригласил священника, но тогда это не было заведено, но и не запрещалось, как об этом сегодня говорят.
Часто в своих снах я вижу родных и близких мне людей и события разных периодов, происшедших в моей жизни…
СЕСТРА ШУРА – Александра Васильевна Кузнецова (Ефимова) ушла на фронт в начале 1942 года. Служила она в зенитных подразделениях, однажды, во время бомбежки, чуть не затонула в Днестре. Потом долго пролежала в каком-то монастыре (поблизости не было госпиталя), лечили ее монашки.
После лечения направили ее в школу машинисток учиться работать на пишущих машинках. После обучения определили служить в подразделение, которое занималось с военнопленными (я затрудняюсь сказать, что это за части, но полагаю, что это были подразделения внутренних войск), где она и прослужила остаток войны. Демобилизовали ее уже в 1946 году.
Шинель – это первая одежда, которую мне подарила Шура, как вернулась с войны. В 9-й класс, в Шемуршу, в хорошую погоду я ходил в этой шинели – она была пошита из офицерского сукна и ладно сидела на моих плечах.
Вернувшись с войны, Шура многие заботы по дому взяла на себя.
Вышла замуж, народили они и вырастили с мужем троих сыновей и одну дочь.
Война оставила свой след на ее зрении – она в начале 70-х годов почти ослепла, и нужно было хирургическое вмешательство. Это сегодня в каждом городе имеются по несколько центров микрохирургии глаза, в те годы их не было в нашей стране, а уж тем более в районных больницах на периферии. Я попросил племянников привести ее ко мне, в г. Узловую Тульской области, где я работал в это время заместителем директора завода. Хорошие врачи были в нашей заводской больнице. Шуре сделали операцию на одном, а потом и на втором глазу. Свет не закрылся перед ней – это важно! Она по сей день с великой благодарностью вспоминает врача Виктора Васильевича Белоус, который вернул ей зрение. Ей в августе этого года исполнится 93 года – она уже прабабушка.
 
: 604, Хаçат: 17 (1315), Категори: Асла Сентеру-72

Çĕнĕ шухăш хуш:

► Сирĕн ят:
► Шухăш: